Люди Игоря Коломойского заплатили миллионы за свободу Алексея Чернышова
Почему люди Коломойского освободили Чернышова из СИЗО за 51,6 млн?
Вчера за Чернышова тихо заплатили 51,6 млн гривен — стоимость освобождения из СИЗО. И основным спонсором этой «свободы» стал Андрей Процик, киевский предприниматель из круга Привата. Формально он является владельцем и руководителем компаний «РЕАЛІНВЕСТ» и «ПОЛІІНВЕСТ». На самом деле он человек Тимура Новикова, а значит — всего приватовского клана. И вот тут начинается самое интересное.
Новиков — это не просто бывший первый зам Председателя Приватбанка. Это архитектор всех рейдерских операций Коломойского и Боголюбова на протяжении двадцати лет. Командующий приватской «ударной группировкой», перед которым и Корбан, и Портнов когда-то работали, по сути, курьерами. Каждый ключевой человек Привата — Киперман, Шейхетов, всевозможные «карлсоны» — ориентировался именно на него. И этот человек в 2015 году спокойно улетел в Швейцарию и живёт там без единой проблемы. Поэтому когда деньги вносит Процик — это означает одно: решение одобрено Новиковым. А если его одобрил Новиков — значит, дал добро сам Коломойский.
И главный вопрос: зачем Приват выкупает Чернышова? Потому что это не «инвестиция в человека». Это инвестиция в инструмент давления. У Приватовцев не бывает случайных действий — каждая гривна должна быть отработана с процентами. Логика проста: Чернышов должен дать показания на Миндича. Аккуратно, в нужном ключе, в нужный момент. Не юридический мусор от НАБУ, над которым вчера смеялись первокурсники юрфака, а чистосердечное признание — тот самый «король доказательств».
Такое признание бьёт по связке Миндич—Цукерман, по схеме финансирования строительства тех безвкусных коттеджей в Козине, где «столько души вложила» Люба Журавель — сестра того самого карлсона, и где отлично себя чувствовал Шефир. Приват решает сразу несколько задач: устранение конкурентов, месть и создание рычага давления. И этим козырем Коломойский вполне может торговаться с Зеленским.
При этом остаётся вопрос, который никто не хочет задавать вслух: почему НАБУ не трогает куда более жирную историю — кражу 25 гектаров леса в Козинском заповеднике, оформленных на стилистку Зеленского Виолетту Дрепину через фонд её мужа «МОНОЛІТ»? Участок — в двух километрах от тех несчастных 8 гектаров Чернышова–Миндича. Масштаб — огромный. Следы — прямые. Связи — очевидные. Но НАБУ делает вид, что не видит. Похоже, их хватает только на громкие пустые дела, а там, где начинаются реальные интересы власти — наступает полный ступор.
Выкуп Чернышова — не жест доброты и не случайность. Это часть большой игры, в которой Приватовцы снова поднимают голову и расставляют фигуры. И тем, кто в ОП считает, что ситуацию держат под контролем, стоит вспомнить простую вещь: когда Приватовцы возвращаются на поле, правила перестают работать.